Виноград и персики с полотен великих голландцев, знаменитые портреты из овощей и фруктов Джузеппе Арчимбольдо, луковицы на картине Ренуара, яблоки, вишня и груши на кубистических натюрмортах Пикассо… неудивительно, что современных этичных дизайнеров тоже вдохновляет фруктово-овощная тема, – только их произведения имеют еще и практическую пользу.

Céleste Mogador

«Все, что я делаю, это ошибаюсь», – говорит Паскаль Ниве Бернетьер. Если считать ошибкой каждый ее дизайнерский проект, это, пожалуй, правда: она рисовала, вязала, расписывала керамику, а за последние 20 лет одну за другой создала три марки предметов декора. Céleste Mogador, названная в честь танцовщицы, поэтессы и куртизанки XIX века, – самая молодая из них: это царство ручной вышивки. Паскаль с детства обожает это искусство и называет его лучшим средством от тревожности: «Некоторые люди разгадывают судоку, другие занимаются бегом или йогой, а я вышиваю, пока не забудусь. Стежок за стежком мозг успокаивается, и я обретаю безмятежность». В результате на свет появляются серьги, сандалии и броши, в которых головка чеснока или стручок перца предстает драгоценным украшением. Возможно, тут не обошлось без корней: Бернетьер родилась и живет в Бретани, которая славится своей региональной вышивкой. Самоучкой освоив традиционные техники, Паскаль расширяет горизонты: три четверти вещей Céleste Mogador по-прежнему создают французские и бельгийские мастерицы, но недавно марка стала сотрудничать с общиной вышивальщиц из Руанды.

Alémais

История австралийской марки началась с личной драмы: во время пандемии Лесли Джерманус, дизайнер бренда женской одежды Zimmermann, попала под сокращение. Для профессионала с 20-летним стажем это стало ударом по самолюбию. Кругом шли увольнения, искать работу было бессмысленно, а идею создать свою марку Лесли поначалу отвергла как бесперспективную: в мире и так много вещей, ему не нужно еще одно платье, тем более сейчас, в эпоху потрясений. Но время шло, стало ясно, что потрясения – это новая норма, и Джерманус решила попробовать. «Я подумала: если моя марка будет более этичной, чем другие, которых не волнуют устойчивые практики, значит, она заслуживает право на существование». Уже через пару лет Alémais открывала Австралийскую неделю моды. Бренд использует экологичные материалы, среди которых переработанный полиэстер и ткань из апельсиновой кожуры и жмыха, каждый сезон выпускает капсулы вещей, созданных мастерами традиционных ремесел, и перечисляет часть прибыли глобальному проекту по озеленению: на счету марки более 600 тысяч деревьев, высаженных в странах Африки и Латинской Америки.

Michael Michaud

Строго говоря, ювелирные украшения Michael Michaud – почти бижутерия: бронза, бусины, немного жемчуга и полудрагоценных камней. Однако бижутерия эта продается в магазинах и галереях топ-класса, а ведущие музеи мира, такие как Музей Виктории и Альберта, приобретают ее в свои коллекции. Работы американца Майкла Мишо уникальны тем, что в них нет ни капли дизайнерского эго. Когда-то он понял: природу не нужно улучшать или интерпретировать; лучшее, что можно сделать, – запечатлеть ее и показать людям. Мишо называет это делом своей жизни и разработал собственную технологию, похожую на литье по восковым моделям. Вместо воска он использует настоящие листья, цветы, ягоды и стручки: под воздействием высокой температуры они сгорают, а на форме остаются отпечатки всех прожилок, лепестков и чашелистиков. Нужно лишь отлить их в бронзе и оживить зеленоватой ручной патиной. В украшениях Michael Michaud точно воплощено несколько десятков видов растений – будто драгоценный гербарий, который не поблекнет и не истлеет со временем.

Maison de Sabré

Профессия зубного врача – залог финансовой стабильности, а попытка с нуля создать модный бренд – почти гарантированный рецепт быстрого разорения. Но у братьев Сабр вышло наоборот. 22-летний Зейн учился в стоматологическом вузе, когда отец семейства тяжело заболел. Нужно было либо отчислиться, либо самому оплачивать дорогостоящее обучение. К мозговому штурму подключился брат Омар, сам дантист, и в итоге молодые люди решили выпускать кожаные чехлы для телефона – яркие, прочные, с монограммой владельца. Как ни странно, дело пошло: в 2017 году ниша еще не переполнилась, а чехлы и правда были отличными – из высококачественной кожи от этичных европейских поставщиков, обработанной по технологии DriTan, радикально сокращающей расход воды и количество химикатов. За чехлами последовали сумки, а из обрезков братья придумали делать брелоки в виде овощей и фруктов. Вопрос с оплатой обучения решился, но теперь на университет не хватало времени и в итоге его пришлось бросить. Впрочем, братья не горюют: Maison de Sabré приносит им 50 миллионов долларов в год на зависть любому стоматологу.

Сhoc on Choc

«Я живу шоколадом, дышу шоколадом, думаю о шоколаде и ем шоколад», – говорит Фло Бротон, соосновательница Choc on Choc. С «ем шоколад» все и началось: сначала Фло и ее отец Керр Данлоп делали домашний шоколад для себя, затем в подарок родным и так набили руку, что однажды на кухне прозвучало шуточное «Нам уже пора открывать свой бизнес». Папа с дочкой привезли небольшую партию на ремесленную ярмарку в Бирмингем – и, к собственному изумлению, не только распродали все, но и вернулись домой с заказами. Пришлось экстренно покупать оборудование и серьезно осваивать секреты ремесла. Отец и дочь даже придумали и запатентовали свою технологию, согласно которой слои разного шоколада накладываются один на другой. Сегодня, 20 лет спустя, Choc on Choc выпускается все в той же английской деревушке под городом Бат, хотя уже не на кухне, а на небольшой фабрике. Семейный бизнес еженедельно производит более 150 тысяч конфет: маленькие чайники и кроссовки, божьи коровки и автомобильчики, брокколи и спаржа из бельгийского шоколада, окрашенного натуральными красителями – от спирулины до экстракта редиски. Все это нарасхват продается по всей Великобритании, а также в Европе, США, Японии и Австралии.

Wolf & Moon

Ханна Дэвис ненавидела работу официантки. Но как еще подработать студентке, тем более гуманитарного вуза? Оказалось, выход найдется, если достаточно сильно захотеть (точнее, в данном случае не захотеть). Девушка вспомнила, как в старших классах продавала друзьям самодельные украшения, и решила тряхнуть стариной – терять все равно было нечего.

К окончанию университета у Ханны и ее изделий уже были поклонники, по выходным специально заходившие на лондонский рынок Брик-лейн проверить, что новенького появилось на прилавке. Да и сама она гораздо увереннее чувствовала себя в качестве ювелира-самоучки, чем дипломированного фотографа. Так и появилась Wolf & Moon – марка человека, который умел делать украшения и снимать их для рекламных кампаний, но представления не имел о маркетинге, продажах, бухгалтерском учете и прочей прозе, из-за чего рушатся многие малые бренды.

Однако Ханна не просто хорошо понимала, как работает бизнес, но и искренне уважала невидимый труд «технических» специалистов. И уважает до сих пор: одна из главных ценностей бренда – забота о сотрудниках. «Мой приоритет номер один – чтобы людям было хорошо, – говорит Дэвис. – У нас расслабленная неформальная атмосфера, зарплаты больше лондонского прожиточного минимума, и мы никогда не используем бесплатный труд стажеров».

Ну а сразу после заботы о людях идет забота о природе. Студия использует только «зеленую электроэнергию», все офисные закупки делаются у этичных поставщиков и по возможности из вторично переработанных материалов. Вещи продаются в биоразлагаемой упаковке, а если серьга или кольцо повредятся, бренд их починит. «Если бы мне предложили суперспособность, я бы хотела, чтобы это была трансформация предметов: тогда я могла бы создавать красивые экологичные материалы исключительно из отходов», – мечтает Ханна. А пока украшения Wolf & Moon делаются из вторично переработанного акрила, этично выращенного новозеландского перламутра и древесины, сертифицированной Лесным попечительским советом (FSC).

Maron Bouillie

История маленькой марки – про легкость бытия и чувство юмора. Последнему она обязана названием: дизайнер Мари Буйон спародировала свое «кулинарное» имя (bouillon по-французски – «бульон», ну а maron bouillie – «каштановая каша»). Дочь портнихи и вышивальщицы, Мари с детства хотела заниматься модой, но уже студенткой фешен-колледжа поняла, что работа в больших брендах строится не столько на творчестве, сколько на компромиссах. Получив диплом, Буйон ни дня не проработала в системе и в 2003 году стала выпускать под брендом Maron Bouillie сумки и аксессуары, в которых перемешаны поэзия, ностальгия и ответственные практики. Дизайнер работает с органическим хлопком и переработанным полиэстером; вещи шьют в местных мастерских, а принты наносят нетоксичными красками. Впрочем, главное в принтах не это: Мари – отличный фотограф и не устает снимать детали, из которых состоит ее любимый Париж. Цветочные лавки, витрины магазинов, свежие багеты и овощи с рынка оказываются на сумках – и умножают красоту парижских улиц.

Craig Nutt

Окончив университет по специальности «теология», Крейг Натт понял, что высокое – высоким, а деньги зарабатывать надо. Так он оказался в мастерской по реставрации антикварной мебели, и эта случайность определила его жизнь. Восстанавливая старые диваны и комоды, он изучил традиционные стили и техники работы с деревом, оживил их причудливыми фантазиями – и получился один из самых оригинальных современных художников-краснодеревщиков. Натта вдохновляют овощи: огромная редиска-салатница, летающий межконтинентальный цукини, стул на ножках-побегах спаржи… В 2005 году, будучи уже заслуженным мастером, чьи работы представлены в музеях, Крейг помогал художникам, оставшимся без средств к существованию после урагана Катрина. Впечатленный их историями, он взял десятилетнюю творческую паузу, чтобы стать программным директором в фонде CERF+, который поддерживает ремесленников, попавших в беду. А потом вернулся к овощам. И это замечательно: кто еще способен, увидев в огороде стрелку зеленого лука, обнаружить в ней сходство с ножками виндзорского стула и придумать столик, позаимствовав дизайн столешницы из гробницы Тутанхамона?

Susan Alexandra