Экспозицию выставки в галерее «Кичик ГалАрт» составляют работы молодых бакинских художников, хорошо известных в Азербайджане и Европе: Фаига Ахмеда, Рашада Алакбарова, Орхана Гусейнова и Фарида Расулова.

Их называют «новой волной» азербайджанского искусства. Они вместе прошли через группу «Крылья времени», которую опекала куратор Лейла Ахундзаде. Благодаря ее кураторской активности о них узнала Европа – все четверо участвовали в Венецианской биеннале. На вопрос, что же все-таки их объединяет, отвечают: дружба. Редкое единодушие для художников: в мире современного искусства все конкурируют друг с другом. В их групповых портретах, напечатанных в каталоге выставки, чувствуется романтика эпохи стройотрядов. Они подчеркивают, что не являются объединением: каждый – отдельная творческая единица. «Великолепная четверка» – название групповой выставки, в котором присутствует и ирония, и игра. В одноименном фильме нелепые и симпатичные братья-бандиты отправлялись брать банк. Молодые бакинцы в каком-то смысле тоже братья – по цеху, и тоже бандиты – потому что играючи разрушают стереотипы восприятия. От них ждут специфического национального высказывания, а они говорят с миром на эсперанто. Их работы охотно берут для участия в международных проектах, потому что они идеально вписываются в любой контекст. Проекты каждого из них говорят на универсальном языке современного искусства, но при этом не придавлены катком глобализации: в них есть рукотворность.

Восток

РАШАД АЛАКБАРОВ создает пространственно-теневые композиции – идеальные иллюстрации к платоновской теории идей. Причудливые инсталляции обнажают свою суть, преломляя лучи света и отбрасывая тень. Выставленные в «Кичик ГалАрт» деревянные скульптуры (проект Orient) рисуют на соседней стене тени в виде восточного орнамента, похожего на рисунок витражей в мечетях.

На ярмарке «Арт-Базель – 2009» публика увидела хитроумный визуальный аттракцион: спрятанная в «черном ящике» композиция из ломаных канализационных труб при вспышке света образовывала на стене тень, в которой читалось слово «Кризис», а следующая вспышка открыто смеялась над зрителем: «Ха-ха». Таким оптимистичным способом Алакбаров отреагировал на мировой кризис и падение рынка современного искусства. «Невозможно заранее угадать, за какое время получится соорудить инсталляцию. Технология проста: главное – идея. Помогают архитектурные навыки и конструктивное мышление, ну и, конечно, понимание законов преломления света. Самое трудное начинается, когда делаешь работу в натуральную величину, – часто случается, что материал диктует свою волю. Приходится бороться и импровизировать».

Семья. Фрагмент

ФАРИД РАСУЛОВ по образованию офтальмолог. Эту подробность любят подчеркивать критики, объясняя необычность его точки зрения. Взгляд Фарида неизменно ироничный. В искусстве должен присутствовать элемент игры и авантюры, считает он. Иначе как авантюрой трудно назвать скульптурную композицию Family: семья маралов со скорбью смотрит на голову олененка, украшающую чью-то гостиную. То, для чего многие современные художники нанимают бригады мастеров-специалистов, Фарид Расулов создает сам. Металлические каркасы тел животных скрупулезностью напоминают 3D-модели, только выполнены они в натуральную величину и с соблюдением геометрических законов. «До этой истории я вообще не работал с металлом. Сперва сделал макеты из пластилина, а сверху наметил линии металлического каркаса. Затем увеличил все это в четыре раза. Сам резал металл, сам варил. Я думал о том, чтобы нанять мастеров. Но потом понял, что ремесленник отнесется к этому как к рядовому технологическому процессу. Не будет вложено, что называется, души. Мне кажется, это влияет на результат: получается вариант IKEA в искусстве. А мне важно, чтобы зритель видел именно мою работу, где каждая линия – продолжение движения моих рук. Кроме того, это очень увлекательный процесс».

Губинский и дагестанский ковры

ФАИГ АХМЕД ломает стереотипы восприятия. Ковер традиционно ассоциируется с теплом и комфортом. Но серия «Ковры» Фаига излучает металлический блеск. Линии орнамента как бы текут, ломая традиционные сюжеты и разрушая цельность образа. Этот «брак» зритель замечает не сразу, но холод, исходящий от этих работ, заставляет поежиться. «Когда в массовый обиход вошли синтетические материалы, никто не задумывался о том, как они изменят культурную картину мира. Возникла тяга к интеграции, появились новые, динамичные культуры, чуткие к переменам. Ковер – символ многовековой традиции. Восточной культуре трудно смириться с переменами, еще труднее соответствовать их темпу. Подтеки орнамента – экспрессия, которой не хватает традиционным обществам».

Силикаты. Огне-кошка

ОРХАН ГУСЕЙНОВ говорит со зрителем на доступном языке современного дизайна. Его серия «Кошки» – игра со смыслами, которые в современном мире теряются, уступая место декоративности и функциональности. Но стоит слегка нарушить правила и объединить несовместимые сюжеты – тут же возникает момент абсурда и непонимания, провоцирующий поиск нового содержания. «Я применяю материалы и технологии, которыми пользуются дизайнеры. Они повсюду, обыватель сталкивается с ними ежедневно. Но если дизайн рассчитан только на позитивную реакцию покупателя, то мои работы могут вызывать противоречивые чувства. У современного зрителя недостаточно времени на глубокое и осмысленное восприятие искусства. Его тянет к быстрым визуальным эффектам. Ведь иногда на просмотр одного произведения в галерее уходит всего несколько секунд, за которые успевает сложиться впечатление. Я стараюсь попасть в этот ритм, разрушая при этом систему ожидания».