Культура
В Москве прошел VII Международный фестиваль современной академической музыки «Другое пространство».
Худрук дирижер Владимир Юровский и ведущий искусствовед Рауф Фархадов представили программу, в которой звезды-исполнители соседствовали со звездами-композиторами. На первый взгляд, это мероприятие для узкого круга меломанов. На деле – крестовый поход за сохранение музыкальной культуры.
Фестиваль, придуманный в 2009 году композитором Олегом Пайбердиным, с 2014 года возглавляет Владимир Юровский, и каждые два года российская столица получает антологию музыкального авангарда, исполненную на высочайшем уровне. На этот раз в первый же вечер был представлен не просто концерт, но театральная постановка. «Музыка к застолью короля Убю» одного из классиков немецкого авангарда Бернда Алоиса Циммермана стала спектаклем. По определению самого композитора, его «Музыка…» – «черный балет» (в противовес привычному «белому балету»), но в Концертном зале имени Чайковского никто не танцевал. Зато рядом с музыкантами (Российский национальный симфонический оркестр, ведомый Валентином Урюпиным) работали два актера – знаменитый Александр Филиппенко* и впервые превратившийся в артиста сам Рауф Фархадов.
В 1966 году с горечью и сарказмом смотревший на мир Циммерман взял сочиненную еще в конце XIX века абсурдистскую пьесу Альфреда Жарри, главный герой которой, хам, обжора и идиот, успешно захватывал власть, – и придумал историю с ужином, на который Убю приглашает великих европейских композиторов. Циммерман обозначил их присутствие на ужине их же музыкой – и в партитуре сплелись Вагнер и Штокхаузен, Стравинский и Сузато, причем гомерически смешным образом, будто слегка выпившие авторы спорят за столом, кто круче. Режиссер Георгий Мансуров, превративший на «Другом пространстве» «балет» в «музыкальную драму», превратил доктора искусствоведения Рауфа Фархадова в историка, рассказывающего о Жарри с интонацией современника, а Александра Филиппенко* – попеременно в самого короля Убю, Жарри, Циммермана, с той великолепной изменчивостью, на какую способен этот артист.
«Когда мне предложили участвовать в спектакле, – говорит Рауф Фархадов, – я полагал, что моя роль ограничится «Кушать подано». Я ведь даже в самодеятельном театре никогда не играл! Но оказалось, что это роль на весь вечер и я всерьез участвую в каком-то действии. Даже в бабочке, которую на меня напялил сам Филиппенко!*».
«Музыка к застолью короля Убю» – одно из самых «старых» произведений, исполненных на фестивале. Сочетание классики авангарда и самых свежих сочинений – политика «Другого пространства». «У фестиваля две функции, – говорит Рауф Фархадов, – просветительство и актуализация современного музыкального мышления. В просветительских целях мы устраиваем обязательные лекции, произносим вступительные слова – чтобы публика понимала, «с чем едят» новую музыку, была готова преодолеть инерцию восприятия. С одной стороны, мы представляем редко исполняемую классику авангарда – в 2016 году у нас звучала Симфония Лучано Берио, «Группы» Карлхайнца Штокхаузена, «Ритуал» Пьера Булеза, а с другой – делаем острый крен в сторону новой музыки, следим за тем, что происходит в новой композиторской практике».
2020 год не стал исключением: на фестивале состоялись мировые премьеры сочинений Алексея Ретинского «До мажор», где в музыку, кажется, превратился азартный поиск решения какой-то сложной математической задачи (ГАСО имени Светланова, ведомый Владимиром Юровским, кинулся в эту интеллектуальную битву с истинным увлечением), и Ольги Раевой «Нежный ветер Элизиума» (для скрипки с оркестром), где музыка словно укачивала уставшее в этом году человечество. Москвичи также услышали Присутствие № 2 для струнных Александра Маноцкова в исполнении оркестра Musica Viva и совсем новые сочинения Бориса Филановского, Антона Сафронова, Алексея Наджарова и Сергея Зятькова. Опусы Дмитрия Курляндского, Клауса Ланга, Джона Лютера Адамса и Сергея Невского были представлены как российские премьеры.
Важное свойство «Другого пространства» – новую музыку играют выдающиеся музыканты. В этот раз поразительное сочинение Анри Дютийе Ainsi la Nuit («Итак, ночь», хотя по смыслу это скорее «Здравствуй, ночь» – апеллируя к роману «Здравствуй, грусть») сыграл струнный квартет, состоящий из музыкантов с мировыми именами: вязь печали летнего вечера воплощали скрипачи Айлен Притчин и Роман Минц, альтист Сергей Полтавский и виолончелист Александр Рамм. «Нежный ветер» Ольги Раевой играла скрипачка Елена Ревич, а Концерт для фортепиано с оркестром Дьердя Лигети блистательно исполнил Андрей Гугнин.
Одним из главных событий фестиваля стала гастроль прорвавшихся через границы французов – в Москву сумел приехать Ensemble intercontemporain. Коллектив, созданный в 1976 году Пьером Булезом, – знаменитое имя в музыкальном мире, легендарное качество игры. «Я чувствовал себя на сцене так, будто попал вести концерт «битлов» или «роллингов», – говорит Рауф Фархадов. – Это эталон. Я был сражен фантастическим уровнем мастерства». Ансамбль сыграл в Москве Булеза и Яна Мареша, Сальваторе Шаррино и Лизу Лим, Нину Шенк и Яниса Ксенакиса, не позабыв про Брюно Мантовани, – и удостоился первого в истории «Другого пространства» вызова на бис.
Значимость фестиваля не ограничивается только музыкой. «Другое пространство» важно не только для современной музыки, – говорит композитор Дмитрий Курляндский. – Я бы распространил эту важность на культуру вообще – и российскую, и мировую. Фестиваль обеспечивает присутствие современной музыки в контексте большой «культурной машины». Московская филармония – это большие оркестры, большие исполнительские имена; все это выводит современную музыку за рамки ее «гетто». История показывает, что если культура позволяет индивидуальные высказывания нового типа, дает им площадку, то в итоге ими она и движется, и выживает. Иначе она мумифицируется, превращается в музей. Думаю, что «Другое пространство» важно не столько для современной музыки, сколько для Бетховена и Моцарта».
*Александр Филлипенко признан иноагентом на территории РФ.
Традиции 
