В биографии Хосрова Абдуллаева, одного из самых знаменитых цирковых артистов Азербайджана, много ярких моментов. Он рано добился огромного признания, был жонглером, иллюзионистом, акробатом, режиссером и цирковым организатором. И в любой ипостаси блистал.

Не секрет, что большинство цирковых артистов в цирке буквально родились. Особого выбора жизненного пути перед такими детьми, как правило, не стоит. С Хосровом Абдуллаевым совсем другая история. Однажды в его родную Шамаху приехал бродячий фокусник. И хотя трюки его, по признанию Абдуллаева, были не ахти какие удивительные, этот человек решил судьбу маленького мальчика. Один из фокусов Хосров разучил довольно быстро: стоило положить курицу на спину, как она мгновенно «засыпала». Оказывается, все очень просто! – решил Хосров и, как вспоминал позже, «сбежал из дома в Москву, чтобы стать фокусником».

Фокусником Абдуллаев действительно станет, но лишь через много лет. Первая его цирковая специальность – акробат, первая работа – в труппе акробатов-эксцентриков Масловых. На дворе 1944 год, Хосрову всего 18, он окончил цирковое училище, но продолжает учиться – каждый день, у коллег по цеху.

Акробатическая подготовка – серьезнейший базис, но… хочется чего-то большего. Его кумиры – артисты, не боящиеся смешения жанров. Вот, например, Александр Карашкевич, или Карро. Он уже не молод – за 50, начинал еще до революции, был и жонглером, и клоуном, и борцом, и дрессировщиком, и даже владельцем цирка. Через некоторое время мэтру чем-то приглянулся юноша-азербайджанец. Несколько профессиональных секретов – и в качестве памятного сувенира кое-что из собственного реквизита в подарок: трость, цилиндр, бутафорская сигара. Так Абдуллаев-акробат стал Абдуллаевым-жонглером.

Совершенствуя свои номера, Хосров работает в группе выдающегося клоуна Карандаша, где исполняет роль ведущего и участвует в репризах.

Поначалу его собственные номера выглядели вполне традиционно: на манеж выходит изысканно одетый франт и начинает показывать свое мастерство. Такие артисты есть почти в каждом цирковом коллективе и, если честно, почти неотличимы друг от друга. А Абдуллаеву очень хотелось быть не таким, как все. «Карандаш научил меня экспериментировать», – говорил он.

На поиски себя ушло почти десять лет. Разумеется, все эти годы артист не стоял на месте: росли и мастерство, и слава. В 1953 году вся страна увидела его трюк в популярном фильме-ревю «Арена смелых». Трюк и правда отменный и сложный: артист бросал в воздух яблоко, нож и ножны. В воздухе нож разрезал яблоко пополам и, падая, попадал в ножны. На подготовку этого номера у Абдуллаева ушло два года. И хотя после «Арены смелых» трюк ушел из репертуара артиста, идея кинжала, традиционного оружия азербайджанцев, дала толчок к маленькой революции в жизни молодого жонглера.

Цирковая жизнь кочевая. Хосров Абдуллаев работал во многих цирках СССР, но о своих корнях не забывал никогда. Так что ничего естественнее, чем выйти на манеж в образе азербайджанского чабана, для него просто не было. А вот зрители и критики такого необычного жонглера еще не видели и пришли в восторг. Молодой азербайджанец демонстрировал навыки жонглирования и балансировки, выйдя к празднично накрытому столу. Сначала он ловко играл с пастушьей палкой и папахами, затем переключался на более сложные предметы: блюдо с фруктами, кувшин с бокалами, большую вазу. Наконец он принимался за сам стол: поднимал его, ставил на ребро и удерживал на голове. Стол плавно скользил по его голове, переворачивался, снова вставал на ребро и начинал движение заново. Всё это артист проделывал с поразительной скоростью и точностью.

«Чабан» принес Абдуллаеву не только национальную, но и международную славу. Номер видели на всех континентах. Всего же за свою жизнь артист посетил свыше 50 стран. Выступал в знаменитом уличном цирковом параде на Всемирном фестивале молодежи 1957 года в Москве, показывал свое искусство Джавахарлалу Неру, снимался в кино, причем отнюдь не в камео и не в ролях циркачей…

Кажется, можно почивать на лаврах? Но нет. Уже очень заметным артистом Абдуллаев работает ассистентом у великого иллюзиониста Кио-отца, исподволь постигая ремесла эксцентрика и фокусника. Впоследствии эта школа ему очень пригодится. «Меня всегда восхищала высокая требовательность Кио. Уж кажется, из трюкового аппарата выжато всё что можно, а он все усложнял и усложнял задачи. Бывало, никто в них не верил, но в конечном счете Кио всегда оказывался прав!» – вспоминал Абдуллаев.

Идея номера, в котором гармонично сосуществовало бы несколько разных цирковых жанров, зрела у Абдуллаева годами. Реализовать замысел помогла его жена и коллега Лидия Ионова.

В 1976 году супруги показали зрителям нечто совершенно небывалое. Аттракцион «Иллюзионное ревю» стал итогом многолетних размышлений мастера о жанре, возможностях артиста и цирка в целом, и конечно, кульминацией многолетнего учения – сперва ремеслу жонглера, потом клоуна, и наконец, фокусника. Последнее, возможно, было самым важным для артиста, квинтэссенцией его цирковой жизни. «Иллюзия привлекала меня возможностью подготовить широкое цирковое полотно, в котором созданные нами образы станут более многогранными и полнокровными». Поставленное Хосровом Абдуллаевым шоу (в СССР в 1976 году так не говорили, но сегодня номер назвали бы именно так) окончательно утвердило его в статусе самого универсального и оригинального циркового артиста Советского Союза.

Критики были практически единодушны: это успех, и успех феноменальный. Смешение жанров получилось не сборной солянкой, а идеально выверенным коктейлем, в котором каждый ингредиент работает на общую гармонию. Журналисты не сдерживали эмоций: «Я посмотрел на часы – аттракцион шел 35 минут, а показалось – не более 15… Во всем виден серьезный подход к делу. Танцовщиц, например, тщательно отбирали в разных городах, чем и объясняется их высокая техника… Чудесные костюмы, блестящий реквизит, сложные и хорошо поданные трюки и чрезвычайно удачная музыка».

«Серьезному подходу к делу» Абдуллаев, по его словам, научился именно у Карандаша и Кио. И подход этот заключался не только в сложности иллюзионного реквизита, который артист придумывал и изготавливал сам. Речь в первую очередь о драматургии и режиссуре. Драматургия в цирке? Да, именно так: самая настоящая, с ее суровыми законами, требующими оправдания каждой сцены, в данном случае – каждого трюка. Если такое оправдание не находится, трюк, даже самый яркий, исключается из представления.

«Скажем, задумали мы такую штуку: у клоуна вращается голова на 360 градусов, – рассказывал Абдуллаев. – Интересный трюк? Да. Эффектный? Безусловно. Но как подать его? Почему голова клоуна вдруг начинает крутиться? Может быть, он чего-то испугался? Ну, скажем, ружья, которое я держу в руках. Попробовали. Нет, не то. Во-первых, ружье не вяжется с образом моего героя – человека веселого, обаятельного и, конечно же, доброго. Во-вторых, от испуга, как известно, сердце уходит в пятки, мороз пробегает по коже, и так далее... А голова кружится от успеха или от любви. И вот, перебрав полсотни вариантов, остановились на наиболее логически оправданном: обаятельная девушка поет песню о любви к цирковому артисту, при этом она ходит вокруг стоящего посередине манежа клоуна. И тот, подпевая ей: «От вас мне глаз, от вас мне глаз не отвести», – действительно не сводит с нее глаз, вращая головой».

В 1978 году на экраны вышел документальный фильм с непритязательным названием «Цирк – моя жизнь». Камера скрупулезно и бесстрастно фиксирует повседневность героя – Хосрова Абдуллаева. Вот он задумался над чертежами очередного волшебного ящика. Вот испытывает уже готовый реквизит. Вот просто идет по улицам Москвы, обыкновенный человек с не самой запоминающейся внешностью…

Когда-то Эмиль Кио требовал от людей, писавших о его работе, «показать людям некрасивый цирк». Действительно, процесс создания номера далек от фанфарной мишуры самого представления. Просто тяжелый труд талантливых людей, неважно, какой именно цирковой профессии. Труд, полный сомнений и зачастую неудач, – но без него не будет праздника. Эту мысль нельзя назвать сенсационной, но от этого она не становится менее важной, и фильм об Абдуллаеве передает ее с помощью самого артиста, чей внутренний монолог и составляет текстовую основу ленты.

Хосров Абдуллаев прожил до обидного мало, всего 54 года. Не выдержало сердце. Он практически не работал в родном Азербайджане (хотя и представлял республику на Всесоюзном смотре новых номеров и аттракционов в 1959 году), но стал для миллионов зрителей символом азербайджанского циркового искусства. На родине всегда об этом помнили: звание народного артиста Азербайджана он получил первым из людей цирка.