Коллекционировать озера

Азербайджан со спутника похож на праздничную индийскую ткань – вся страна словно расшита круглыми зеркальцами озер. Их четыре с половиной сотни: ледниковые, карстовые, дамбовые, заливные, скользкие… У большинства озер так тихо, словно в мире выключили звук, и мы едем к ним учиться искусству тишины, скольжения по зеркальной глади и растворения без остатка в небесной синеве.

Фото: Эмиль Халилов

Гейгель, Гянджа

Сто лет назад, когда не существовало еще ни заповедников, ни науки экологии, именно Гейгель стал первой в Азербайджане охраняемой территорией. «Голубое озеро» во все времена было главным и самым любимым в стране, символом красоты азербайджанской природы.

Его историю рассказывают как восточную поэму. Миллионы лет жили бок о бок, но никак не могли встретиться старый великан Кяпаз и стремительная красавица Ахсу; вдруг в один прекрасный день задрожала, пошла трещинами и разверзлась земля, полетели во все стороны камни, и бросились в объятия друг к другу гора и река. В результате появились на свет семь дочерей, одна прекраснее другой, а самая ослепительная – Гейгель.

Это художественная интерпретация научного факта. 17 сентября 1138 года в Гяндже действительно произошло разрушительное землетрясение, нагромождения камней, отколовшихся от хребта, перегородили путь горной реке – так сформировались 19 озер (народная молва сократила их до семи самых больших, потому что так должно быть в сказке).

Вот бы взлететь над Кяпазом, как умеют главные обитатели здешних мест, орлы да черные грифы! Расправить трехметровые крылья, поймать воздушный поток и парить недвижимо в высоте, рассматривая горный пейзаж: облака цепляются за вершины; леса, поднимаясь выше, теряют силу, иссякают, переходят в низкотравные луга; голубеют в темной чаще блюдца бирюзовых озер; шероховатый бок щербатого Кяпаза похож на гигантскую лестницу с уступами. По мере того как гора поднимается в небо, из растительности на ней остается лишь эльдарская сосна – это удивительное дерево, выживающее на вертикальных каменных склонах, было здесь еще во времена, когда на месте гор плескалось море.

Увы, мы можем увидеть лишь крошечный фрагмент этого мира, зато изнутри, и почувствовать себя частью его густонаселенной экосистемы. Путешествие начинается от селения Тоган в 25 километрах от Гянджи, от пропускного пункта Гейгельского национального парка. В реликтовом лесу, где переплели свои ветви дубы, грабы и буки, темно и прохладно даже в самый солнечный день. Заслышав шаги, его обитатели спешат спрятаться, но внимательный глаз уловит движение и, может быть, заметит зайца или косулю, ежа или лису, ящерицу или спрятавшуюся в своей норе-гнезде пеночку. Десятки невидимых птиц встречают нас концертом – чем ближе к воде, тем громче музыка.

К сентябрю возле «озера тысячи отражений» Маралгель уже зажглись фонарики рябины (как следует из названия, на его берегу особенно любят трубить олени). У зеркального Гюзгюгеля кажется, что мир перевернут вверх ногами, в Гарагеле вода совсем черная, Джиллигель спрятано в зарослях хвоща (название переводится как раз как «хвощовое озеро»), на пиявочном Зелигеле следят за порядком болотные луни – это самое мелкое озеро, воды в нем большинству птиц по колено… И наконец, Гейгель – сказочный оазис парка. Лес подступает к самым берегам, бережно берет в кольцо, по недвижимой водной глади скользят грациозные белоснежные лебеди-шипуны (они остаются здесь до самых холодов). Если вглядеться, можно увидеть, как в прозрачной глубине с достоинством, словно субмарины, ходит под водой гейгельская форель – единственный вид рыбы в озере.

Можно ли надышаться впрок этой красотой?

Фото: Эмиль Халилов

НАПРАВЛЕНИЕ: ЗАПАД

Гёйгёль находится на западе Азербайджана, в горах Малого Кавказа. Ближайший населенный пункт – село Тогана, здесь можно заночевать или же взять проводника для похода по тайным тропам заповедника. Между озерами Гёйгёль и Маралгёль курсирует небольшой автобус, но последний горный отрезок пути все равно нужно пройти пешком (либо проехать верхом).

БАТАБАТ, НАХЧЫВАН

Когда приезжаешь (точнее, прилетаешь на самолете, по-другому никак) в запертый в кольце гор Нахчыван, уверен, что добрался до края света. Но в городе еще нужно сесть в такси и целый час ехать вверх по однообразному и безлюдному горному пейзажу – тогда доедешь до озера Батабат.

Здесь уже альпийская высота, нет деревьев и совсем другая, нежели внизу, возле города, флора и фауна. Таксист утверждает, что люди здесь не селятся, потому что боятся диких животных, но на вопрос, каких именно, ответить затрудняется. Возможно, в здешних долинах до сих пор бродят звери с Ноева ковчега: в Нахчыване верят, что здесь он разбился и закончил свой путь, и даже показывают расколотую надвое вершину. Постепенно, насмотревшись на степные просторы, на нагромождения камней, на бесконечное небо, на древние, вросшие в землю купола и мавзолеи, начинаешь верить – если не в Ноево присутствие, то точно в то, что Нахчыван – избранная земля, неслучайно сохранившаяся в первозданном виде с ветхозаветной поры. И знаешь, что в этих горах навсегда останется твое сердце.

Озера здесь «глаза – зеркало души» (рядом с Батабатом есть еще озеро Ганлыгель). Они не просто оживляют сухой пейзаж: возле озера вдруг без слов понимаешь сакральный смысл идиомы «вечная молодость». Земля может устать, но жизнь будет пробиваться через нее и находить тысячи путей. Видите, по берегу вдоль воды петляет едва заметная тропинка? После того как устроили привал, отдохнули, выпили чаю, отправляйтесь по ней в путешествие и своими глазами смотрите, как растрескавшаяся от жажды земля распускается нежными цветами. Трава, по которой идешь, называется «травой бессмертия» – это красивое название астрагала (есть и более прозаическое – мышиный горошек). Известны тысячи его видов, а в окрестностях Батабата исследователи обнаружили больше 90, причем некоторые из них эндемики, то есть не растут больше нигде в мире. Профессиональный ботаник впадает в чистый экстаз: тут вместе и посконник, и мишоксия, и ластовень, и котовник, и молочай, и дикая орхидея ятрышник… Но и обычного человека, который не знает всех этих заковыристых названий, поражает многообразие, и он, не удержавшись, срывает на память космический бело-желтый цветок с щупальцами и шипами.

У озера Батабат есть отличительная черта – плавучий островок, игрушка для неуемного горного ветра. Много лет назад от суши оторвался кусочек торфа, поросший травами, а теперь на нем растут даже деревья, и ветер по-прежнему без устали гоняет его по водной глади. Когда умиротворенный сидишь на берегу, невозможно удержаться от аллюзий с собственной жизнью. Есть ли смысл у этого движения?

Кроме цветов, на Батабат приезжают изучать звезды. Единственный обитаемый объект возле озера – Батабатская астрофизическая обсерватория, в ней установлен телескоп Zeiss-600. Отсюда проводили астрометрические наблюдения за галилеевскими спутниками Юпитера, составляли карты краевой Луны, исследовали спикулы солнца, кометные семейства больших планет и вращения галактик. На звездное небо тоже можно смотреть по-разному: любоваться красивой россыпью или, как работники обсерватории, составлять каталог южных опорных звезд. Каждый находит свой смысл, пределы устанавливаем мы сами.

Фото: Эмиль Халилов

НАПРАВЛЕНИЕ: ЮГО-ЗАПАД

Нахчыван – так называемый эксклав Азербайджанской Республики, часть государства, которая отделена от него территорией другой страны, добраться туда можно на самолете. От аэропорта или от столицы до озера Батабат на такси ехать чуть больше часа. Но если хотите по дороге узнать много интересного, обратитесь в информационный центр для туристов (ул. Г. Алиева, 1), там помогут и с гидом, и с машиной.

ЛЕДНИКОВЫЕ ОЗЕРА, ГОРА БАБАДАГ

Коптер с тихим жужжанием поднимается вверх и в прямом эфире передает картинку: крошечная фигурка в красной ветровке стоит, подняв лицо к небу, у края круглого озера, а вокруг, насколько хватает глаз, могучие горные цепи. Хотите получить озеро в единоличное пользование? Тогда отправляйтесь на Большой Кавказ.

Озера высоко в горах похожи на самоцветы в тяжелой оправе из потемневшего серебра. Мудрые японцы говорят, что у воды нет цвета – она лишь отражает небо. Так что горные озера – что те камни, меняющие цвет в зависимости от настроения, бывают пронзительно голубыми, сапфирово-синими, иногда матово-изумрудными, часто серыми, а еще чаще почти черными. Впрочем, черными мы их, хочется верить, не увидим – ведь только сумасшедший отправится в горы в плохую погоду.

В сентябре нужно ловить последние хорошие дни, тем более что высоко в горах ненастье всегда где-то рядом – туча может налететь на вершину так стремительно, что коптер не успевает вернуться к владельцу, а через несколько минут, приземлившись, уже оказывается полностью промокшим (хорошо, что вообще вернулся!). Несколько таких драгоценных ледниковых – то есть образовавшихся в результате таяния ледников – озер спрятано в складках у подножия Бабадага.

Добираться до места долго. Впрочем, «места» не существует – озера ведь лишь предлог для того, чтобы отправиться в путешествие в далекую высокогорную страну. Доехать до Губы, оттуда на машине до села Гапут, от Гапута начинается двухдневный трекинг вдоль реки Гарачай по тропе паломников, потом по малой воде через узкий каньон, в конце которого будет выход к летним горным пастбищам, – и вот вы наконец прибыли. Долины, как торжественные залы, переходят одна в другую, величественные ложи-балконы нависают над головой, гребень, как торжественная лестница, ведет к вершине Бабадага. Кто дошел сюда, тот без особых усилий поднимется и на пик. Озера же в этом грандиозном и лаконичном «интерьере» – изящные безделушки, отдохновение для глаз и уставших ног.

Надо сказать, во время хайкинга в горах озера часто выбирают в качестве условного места назначения (конечно, если речь не идет о покорении вершин, а только об удовольствии). Масштабы Азербайджана позволяют совершать такие вылазки даже на один день. Например, с любительской группой и проводником можно поехать на великолепное озеро Гаранохур в Исмаиллинском районе, на которое никогда в жизни не доберешься самостоятельно. За три часа группа доезжает до села Талистан, два часа идет вдоль горной реки, еще час интенсивно поднимается по горному лесу. Осенью невысокие исмаиллинские горы словно раскрашены кистью импрессиониста. Наконец разноцветные деревья расступаются – и путники, чувствуя себя персонажами сериала Lost, видят перед собой заколдованное озеро. Этот вид – достойная награда за преодоление себя. Теперь пообедать – и в обратный путь, чтобы к вечеру уже оказаться дома.

Подобные трекинги «в поисках ледниковых озер» бывают разной степени сложности. Профи, которых уже мало чем можно удивить, могут отправиться на склоны мятежного Туфандага, чье говорящее имя переводится как «ураган».

Фото: Эмиль Халилов

НАПРАВЛЕНИЕ: СЕВЕР

Если ехать на Большой Кавказ, то стрелка компаса всегда показывает на север. Для альпинистов дорога давно лишена романтики: доехать до города Губа, дальше круто вверх по одной из многих горных дорог. К ледниковым озерам у подножия Бабадага добираться долго (два дня пути), самостоятельно, без проводника даже не пытайтесь, но красота этого маршрута запомнится навсегда.

КЫЗЫЛКАЗ (ОЗЕРО ФЛАМИНГО), ШИРВАН

Здесь не нужно долго думать, чем заняться: поросшее камышом озеро («кызылказ» в переводе с азербайджанского означает «фламинго») идет в комплекте с программой, в которой нет места скуке. Созерцательный отдых в Ширванском заповеднике граничит с активным.

Всего час легкой дороги от Баку – и вы на месте. Готовясь к поездке в Ширванский национальный парк, вместе с билетом можно выбрать один из маршрутов – например, «Экодеревня» или «Бендован» (в 1968 году археологи нашли у побережья одноименный затонувший город XI века, и этот маршрут будет посвящен по большей части истории). Ну а нас определенно интересует «Озеро Фламинго» – это, кстати, самая популярная экскурсия, потому что, хоть Ширванский заповедник и посвящен джейранам, фламинго здесь остаются главными любимцами публики.

В 2003 году в Ширване создали «безопасный дом» для исчезающих джейранов – им тут оказалось так хорошо, что поголовье стремительно выросло и через несколько лет животных даже начали переселять в естественную среду обитания. Вы непременно увидите джейранов, когда будете ехать по пыльной, петляющей в сухой траве дороге через заповедник, степные ландшафты которого удивительно напоминают африканскую саванну. Только не подходите к животным слишком близко: одно неосторожное движение – и большое семейство пугливых джейранов разлетится во все стороны золотыми осколками.

Пернатые при ближайшем рассмотрении оказываются гораздо большими смельчаками. К концу осени их количество в Ширване увеличивается в разы – главной птичьей гостиницей на холодный сезон становится озеро в 11 километрах от въезда в парк. Дрофы и турачи, цапли и пеликаны, поганки и веретенники, даже знакомые нам лебеди-шипуны с Гейгеля прилетят сюда, когда начнет подмораживать озера в горах. Самая многочисленная колония – фламинго. «В тесноте да не в обиде», – словно говорят они друг дружке, когда их численность подбирается к пяти тысячам, а озеро в буквальном смысле розовеет.

Для наблюдения за жизнью, хлопотами и взаимоотношениями птиц установлена специальная платформа в зарослях тростника. Вот они выискивают корм на мелководье, взлетают размять крылья – сделать кружок-другой над озером, ссорятся, влюбляются, не стесняясь любопытных глаз… Любители bird watching на часы замирают здесь с биноклями и фотокамерами с огромными приближающими объективами. Для самых увлеченных на берегу озера есть гостевой дом, в нем можно переночевать (ведь профи знают, что раннее утро – лучшее время для наблюдений за птицами).

Вообще, в парке можно многое: взять напрокат лодку, чтобы близко-близко подойти к птицам со стороны лагуны; сесть на коня и доскакать до грязевых вулканов (на территории парка их три); прокатиться по оливковой роще на велосипеде; уйти в многодневный пеший поход… Просто не забудьте организовать все это заранее, получив письменное разрешение у администрации.

Фото: Эмиль Халилов

НАПРАВЛЕНИЕ: ЮГ

На пути к Озеру Фламинго встретится немало чудес: старинные нефтяные вышки, грязевые вулканы, петроглифы, оставленные древними людьми, окрестности города Сальян, где ловится не простая, а золотая рыба (золотистый сазан, а вместе с ним и другие редкие виды). Словом, быстрая дорога до Ширванского парка при желании может превратиться в долгую... и очень интересную.

ХАНБУЛАН, ЛЯНКЯРАН

По происхождению Ханбулан на территории Гирканского национального парка – рукотворное водохранилище. Но в Азербайджане его привычно называют озером и всегда включают в импровизированную пятерку самых красивых.

Пару десятилетий назад на Ханбулан начал приезжать старенький автомобиль: из него вылезали его владелец Ахмед с женой и рядышком готовили чай. Чай был вкусным – проезжающие распробовали его и оценили по достоинству. Может, секрет был в воде из родника, может, в особом мастерстве заварки, а может, в радушии хозяев, в домашнем меде и варенье, которое подавали к чаю. Так или иначе, за годы чайхана разрослась и стала едва ли не самым популярным местом у озера. Чаю можно выпить и у самой воды: столики стоят в тени деревьев тут и там. В чайный сет обычно входят сухофрукты с орешками и еще «сникерс». А высокие качели у воды – вообще, наверное, самый узнаваемый в инстаграме вид Ханбулана.

Вначале в горах был источник Ханбулаг. На стремительном пути вниз к нему присоединялись воды из других источников, и когда поток достигал деревень Алексеевка и Даштатюрк, он разливался довольно разрушительным для местных жителей образом. В советские годы была построена дамба, в результате чего образовалось живописное водохранилище. Легенда утверждает, что на Ханбулан привозили отдыхать многих высокопоставленных гостей Азербайджана, одним из которых был Леонид Ильич Брежнев.

Нынешние отдыхающие, медитирующие на берегу со спиннингами, определенно справляются и без водолаза. Элегические лесистые холмы, как театральные декорации, уходят вдаль и в перспективе теряются в первом осеннем тумане.

В тишине распаковываешь и накачиваешь воздухом свой сап – надувную доску. За последние пару лет сапсерфинг стал модным увлечением повсюду в мире, его адепты утверждают, что на надувной доске с одним легким веслом можно покорить 70% водных пространств мира: пройти по каналам Венеции, Амстердама и Петербурга, по кромке морей, по полноводным рекам, но озера – самое идеальное пространство для этого полуспорта. Сап бесшумно отчаливает от поросшего камышом берега; мерные взмахи весла – и вот уже гребец превратился в едва различимую точку. Отплыв подальше, на борту можно читать книгу, или делать йогу, или воображать себя участником регаты по скоростной гребле Оксфорд–Кембридж. Или просто лечь на спину, закрыть глаза и погрузиться в абсолютное несопротивление.

Чаще всего, когда едут на Ханбулан, по дороге заезжают и в другие красивые места Лянкяранского района – на цитрусовые или чайные плантации либо посмотреть на железные деревья в реликтовом Гирканском лесу. Железные деревья (они, к слову, действительно такие тяжелые, что их древесина тонет в воде) сплетаются ветвями, срастаясь вместе. Если дерево заболело, собратья своей поддержкой способны вылечить его от недуга. В череде этих и других природных чудес Азербайджана Ханбулан не теряется.

Фото: Эмиль Халилов

НАПРАВЛЕНИЕ: ЮГ

Стремительно по прямому шоссе вниз – от Ичери шехер до черных пляжей у самой границы с Ираном – всего за каких-то три часа. Гирканский национальный парк начинается за городом Лянкяран и по большей части располагается на территории более дальнего Астаринского района. К счастью, Ханбулан – на самом въезде и очень близко к городу, всего в 20 минутах.

КАСПИЙ

Как англичане о погоде, так азербайджанцы могут бесконечно говорить о статусе Каспия. Светский разговор с приведением научных доводов, исторических фактов и отсылок к гипотезам ученых происходит на пляже, под приятный шорох волн по обкатанной гальке. Так что вы говорите – озеро или море?

По официальному канону Каспий – однозначно озеро. Море – это водоем, имеющий естественный выход к Мировому океану, а Каспий заперт между горами на стыке Европы и Азии, предельно далеко от океанов.

При этом «анатомия» его – шельфовое строение дна, глубина, соленая вода – совершенно морская. И масштаб: в два раза больше Эгейского моря, а по береговой линии – даже больше Черного. У нас, загорающих на абшеронском пляже, праздный интерес, а представьте, каково было политикам! Когда после распада СССР соседками по Каспию оказались сразу пять стран, от ответа на вопрос «море или озеро?» зависело благосостояние наций: если делить водоем по озерному праву, то ресурсы распределялись поровну между всеми, если же по морскому – каждая страна приобретала свой прибрежный сектор, а все остальное становилось общим. В итоге решили по-третейски: дно стали считать морем, а толщу воды – озером.

…У воды стоят шезлонги и зонтики, в пляжных кафе смешивают ледяные фруктовые шейки, восторг детей, скачущих в своих надувных кругах на мелководье, передается даже посторонним взрослым. В один прекрасный день приходишь позагорать, но вдруг не можешь сопротивляться желанию прогуляться вдоль берега. И вот идешь – долго, так долго, что одна бухта сменяется другой, цивилизованный пляж заканчивается и начинается дикий, с небрежно разбросанными по нему валунами и каменными изваяниями. Солнце раскалилось, босые ноги горят, сумка, потяжелевшая от красивых ракушек, оттягивает плечо. Но если взглянуть на карту, какую часть побережья ты прошел? Она так незначительна, что ее и не разглядеть.

Каспий – уникальный водоем: дышащий или, как еще говорят, пульсирующий. Вода в нем опускается и поднимается на несколько метров, причем колебания уровня непредсказуемы: иногда «цикл дыхания» укладывается в десять лет, иногда растягивается на целый век. Наблюдения ХХ века показывают, что последнее сильное обмеление началось в 1940-е (тогда забили тревогу и с соответствующим эпохе размахом хотели даже развернуть к Каспию сибирские реки), остановилось в 1977-м, до 1997 года вода поднималась, потом опять пошла на спад. Версию «дышащего Каспия» подтвердил и историк Лев Гумилев. Он, как известно, долго искал Хазарское царство и за многочисленные экспедиции пришел к выводу, что следы хазар, живших в дельте Волги, были смыты при повышении уровня Каспия. Чтобы с точностью до века определить колебания уровня воды, Гумилев проводил раскопки Дербентской стены VI–ХIV веков (для этого историк даже обучился подводному плаванию с аквалангом – Каспий в то лето был особенно неспокойным, и ученый однажды чуть не погиб).

Дыхание Каспия зависит от солнечной активности – и косвенно от Мирового океана. При малой солнечной активности циклоны с Атлантики, несущие теплый и влажный воздух, проходят более южным путем в сторону Алтая и выпадают дождями в степях. При сильной активности они гонят осадки через Францию и Германию в Сибирь, и в такие годы Волга становится полноводной, а через нее наполняется и Каспий. Словом, все, кто переживает за судьбу любимого озера, могут спать спокойно: 17 миллионов лет было оно на Земле до нас и пробудет наверняка еще столько же.

Фото: Эмиль Халилов

НАПРАВЛЕНИЕ: ВЕЗДЕ

Купаться в озере-море можно везде, разве что в городской черте Баку это не рекомендуется. Ближайший пляж (в 20 километрах к югу от города) – Шихово. Самые популярные – чуть дальше к северу, на абшеронском побережье: Нардаран, Мардакан, Бильгя и др. Повсюду на побережье есть прекрасно оборудованные резорты, пляжи «с иголочки» с зонтиками, шезлонгами и душем – и есть дикие скалистые берега, где не встретишь ни души. На любой вкус!

Рекомендуем также прочитать
Подпишитесь на нашу рассылку

Первыми получайте свежие статьи от Журнала «Баку»